Касса работает
10-00 до 19-30
перерыв с 14-00 до 14-30,
 
касса: +7(383) 213-27-35
администраторы:
+7(383) 210-24-83

23.03.21

Новосибирскую областную научную библиотеку захватили куклы

Накануне Международного дня кукольника в театральном зале НГОНБ высадился десант из Новосибирского областного театра кукол — планшетная лисица, штоковые марионетки-лягушки и тростевая Баба Яга.

Всю эту сказочную братию возглавляла известная детская писательница и главный редактор театрального журнала для семейного чтения «Жаконя» Евгения Буторина.

Журнал «Жаконя» родился в Новосибирском театре кукол и пользуется большой популярностью у маленьких зрителей и их родителей. Поэтому предпраздничная встреча «Жакони» и его читателей прошла на высшем уровне: Евгения Буторина пообщалась с юными гостями и их родителями, а артисты Арина Ковальская, Ева Белоглазова, Яна Трегубова и Святослав Панков прочли сказки писательницы и провели мастер-класс по кукловождению. Планшетная лисичка пела, штоковые марионетки-лягушки танцевали, а тростевая Баба Яга колдовала. 

 

 

 



23.03.21

Новосибирский театр кукол перевел громоздкую старинную пьесу на язык озорной импровизации.

Французский период в жизни нашего театра кукол – это определение уже не нуждается в острожном ограждении кавычками. Он французский и есть: Ролан Боннин принес в театр и галльские темы, и галльский почерк. И если предыдущий спектакль Ролана Боннина «Собака по имени Пёс» погружал зрителя во Францию 1970-х, знакомую всем по фильмам, то нынешний экскурс – в страну, гораздо менее знакомую. Во Францию 17-го века, в эпоху Людовика XIV. Где, собственно говоря, обитал и сам Мольер, и персонажи его комедии «Мнимый больной».

Для современного россиянина Жан Батист Мольер – это такое имя-блик. Его пьесы смотрят в своих книжных буднях персонажи Дюма и супругов Голон. Но каковы сами его комедии – это оставалось за рамками повествования. Для советских читателей такой же чарующей абстракцией были устрицы, поедаемые героями Толстого или Тургенева. С той поры осведомленность о форме и вкусе устриц у граждан стала гораздо больше. А вот Жан Батист Мольер – он, как и прежде, блик, отсвет, смутный абрис. В школе Мольера не проходят, а для самостоятельного чтения он не особенно удобен. Пьесы вообще читать непросто. Тем более, пьесы большие и витиеватые, как фасад эпохи барокко.

Между тем, в самой Франции эти пьесы – отнюдь не тексты-памятники, а вполне себе бодрая классика. Посмотреть на Мольера практически глазами самих французов – довольно заманчивый эксперимент.
Пьеса эта – вообще практически эталонный продукт своей эпохи. Начиная с названия. В середине 17-го века в репертуаре каждого театра обязательно имелось что-нибудь мнимое – «Мнимая пастушка», «Мнимый чародей», «Мнимый калиф», «Мнимый соблазнитель» и т.д., и т.п. Настоящая эпидемия мнимости.

Иллюзорно величественная, пышная эпоха французского барокко, где под слоем сусального золота часто крылись папье-маше и гипс, словно иронизировала сама над собой, застенчиво похихикивая в ладошку. Да, мол, я такая, монументальная. Но если что, то очень даже могу отчебучить искристое о-ля-ля. Мнимость какую-нибудь. Так что, не стойте близко, на всякий случай...
Потому совсем не удивительно, что и у обывателей тех времен мировосприятие было скользяще-шаткое, иллюзорное, как обстановка вокруг. Главный герой «Мнимого больного», буржуа Арган именно в таком тонусе и живёт. Ипохондрия – его постоянное настроение. А ипохондрик, готовый в каждом своем чихе увидеть симптомы смертельной болезни, настоящая находка для любого алчного доктора. При доме Аргана тоже числится такой увлеченный медик – семейный врач Пургон

Мольер своих персонажей нарекал сообразно тогдашней моде на говорящие имена. Фамилия болезного обывателя – это среднее между словами «аржан» (фр. «серебро, деньги») и «o'рган», а смысл фамилии «Пургон» и так понятен. Кстати, тема пургена и клистирных помп в пьесе сквозная. Клистир – это такой прадед клизмы из дорезиновой эпохи, похожий больше на шприц с затупленным концом и без иглы. Современников Мольера появление клистира в составе театрального реквизита повергало в смеховой восторг – по своим юмористическим приоритетам взрослые французы 17-го века были ближе всего к нынешним второклассникам. И шутки с участием этого мед-инвентаря заходили на ура.

Впрочем, тогда клистир и правда числился универсальным лечебным инструментом. Остальное лечили пиявками или кровопусканием. С таким экономным лечебным арсеналом результативность медицины была не очень высока, зато доход ритуальных сервисов радовал стабильностью. В путешествие по световому тоннелю месье Арган не очень рвется, потому упоённо лечится под присмотром профессора Пургона. Это вечное лечение, бродящее по кругу словно прованский мельничный ослик от одного диагноза к другому, завораживает и самого Аргана (как любая карусель), зато для его домочадцев выглядит вязким кошмаром, этаким днём сурка эпохи барокко.

Собственно, вся череда гэгов и комических диалогов – это и есть борьба вменяемых людей с ипохондриком, намеревающимся залечиться насмерть. За силы разума тут – служанка Туанета (простонародная телесная бодрость и здравомыслие) и дочка Аргана Анжелика (естественное подростковое жизнелюбие), за уютно-удушливый сумрак – старательный доктор и молодая Арганова жена Белина. Довольно отчетливо стремящаяся стать вдовой, ибо 25 тысяч франков золотом на дороге не валяются, а ей ещё жить да жить.

Перенося «Мнимого больного» на подмостки кукольного театра, Ролан Боннин заметно уплотнил текст-оригинал. Например, в корзину пошла лирическая линия Анжелики и праведного юноши Клеанта. Для старинного театра масок пара влюбленных была канонически нужна в любой пьесе. Но конкретно здесь она никаких красок не добавляла. Потому юный Клеант исчез из сюжета даже не появившись. Исчезли и вставные интермедии – в театре времен Мольера они делали пьесу развлечением на целый день. Тогда против такого никто не возражал, ибо выбор зрелищ был небогат – театр, бродячий цирк да казнь на главной площади – вот и весь шоу-биз. А в нынешнем ускорившемся мире Мольер в его исходном хронометраже - зрелище неподъемное. Кукольный театр – это, наверное, оптимальная предметная среда для такой пьесы.

 

Условность и гротеск кукольного мира уравновешивают громоздкую наивность. К тому же, специфические сценические техники кукольного театра идеальны для таких материй, как сон и бред. Горячечные сны и галлюцинации мсье Аргана, вызванные набодяженными горе-лекарствами, в кукольной трактовке – очень забористое зрелище. Наконец, отдельная пасхалочка – сама предметная среда. У персонажей нет собственных, кукольных конечностей (вместо них – руки актеров), потому в состоянии покоя их тушки очень напоминают медицинские грелки. Внешность главного героя очень похожа на гротескных человечков, которых лепил из воска Жак Калло, старший современник Мольера в часы, свободные от рисования и гравирования офортов. А сам особняк, служащий единым местом действия – ни что иное, как старинный аптекарский шкаф, заставленный склянками и увешанный связками лаванды. Его детальная «финтифлюшечность» и яркая роспись договаривают то, что непосильно для скупой анатомии кукол – пряный, зыбкий, тревожно-переменчивый флёр барокко. А еще эта прививка от ипохондрии весьма аппетитно смотрится именно сейчас – в мире, уставшем от covid'а.

 

 

 



23.03.21

«Мнимый больной» в Театре кукол

Новосибирский областной театр кукол представил премьеру комедии «Мнимый больной» по мотивам пьесы Ж.Б. Мольера.

Театр кукол впервые обращается к творчеству Мольера. Спектакль ставит режиссёр Ролан Боннин, художник — Анна Бердникова.

В постановке используется новая для российского театра система кукол, с французского её название переводится как «марионет-мешок».

— Мольер это классика комедии, — говорит Ролан Боннин, — и я уверен, что комедия очень нужна в театре кукол, она понравится и детям и взрослым. К тому же новые смыслы этой комедии открыла для меня пандемия. Мы не знаем, что это за болезнь. Она совершенно непредсказуема и чем больше мы узнаём ее, тем больше видим загадок. Из-за этого возникает какой-то глобальный страх, заставляющий нас делать глупости. Герой пьесы Арган катастрофически боится болезни и, чтобы избежать её, готов всё продать. Этот страх разрушает его семью, его дом. Безумие наносит больше вреда, чем сам вирус.

Это спектакль для семейного просмотра, он адресован зрителям от шести лет и старше.

Евгения Буторина

 



23.03.21

Спектакль о мнимом больном пополнил афишу Новосибирского областного театра кукол

Спектакль по мотивам пьесы Мольера «Мнимый больной» в Новосибирском областном театре кукол поставил режиссёр Ролан Боннин, приехавший в Россию из Франции несколько лет назад.

Куклы отчаянно жестикулируют и от невозможности выразить эмоции иначе — излишне трясутся, а то и вовсе дубасят друг друга, вызывая смех детской аудитории и рождая у взрослой ассоциации с Петрушкиными забавами. «Мнимый больной» режиссёра Ролана Боннина — утрированный театр, а ещё Айболит наоборот. Больного здесь не лечат, да и болен ли он или всего лишь боится заболеть. Страхи и сны Аргана воспроизведены очень живо — летающие мыши, отделившиеся от владельца лёгкие и сердце, монстр с пилой и четыре сущности со шприцами в подполье… Из-за мнительности Аргана вся жизнь семейства идёт наперекосяк: в погоне за здоровьем отец готов отдать доктору Пургану всё состояние и даже родную дочь. Сюжет известной пьесы классика французской комедии сокращён и пересмотрен, так что и детям смотреть интересно, другой вопрос: поймут ли те, кто младше 12 лет, — как обозначена возрастная категория?

На сцене стоит то ли домик, то ли аптечная лавка со склянками, закрой эти ставни — и кати по дорогам и весям этот маленький театрик с французским Петрушкой, простите, мнимым больным. Только о чём всё-таки спектакль? О том, что мнительность до добра не доведёт? Или, быть может, так: хватит киснуть, ну их таблетки, ведь главное — хорошее настроение и добрые отношения? Или ещё вариант: цените тех, кто вам по-настоящему предан?

Режиссёр к тому же знакомит зрителя с новой для России системой кукол, её название переводится как «марионет-мешок»: голова вставная, тело — простой мешок в костюме, ног нет, а руки — это руки артиста. Выразительные куклы и сценография спектакля созданы художницей Анной Бердниковой, композитор постановки — Анна Булгакова. Стоит отметить и Сергея Вихарева — заслуженный артист РФ, ведущий мастер сцены первым освоил и помогал коллегам работать с новой системой кукол.

Фото Виктора ДМИТРИЕВА

 

 

 



23.03.21

Режиссер из Парижа представляет премьеру в кукольном театре Новосибирска

Любовь – лекарство от мнительности. Такой рецепт прямиком из Парижа для сибирского зрителя привез французский театральный режиссер. В областном театре кукол открывается показ спектакля по пьесе Мольера «Мнимый больной».

Домик на сцене – имитация старинного балаганного театра комедии дель-арте. Внутри домика, меж кукол, кипят вечные человеческие страсти. Девушка Анжелика влюбляется в юношу, но отец насильно выдает ее за другого. Противоречие – двигатель сюжета. Должно победить что-то одно. При выборе жениха для дочери отцом руководит собственный страх. Старик-Арган впал в настоящую зависимость от врачевателей. Горстями пьет пилюли, тратит на них сотни франков. Для экономиии в пару Анжелике выбирает врача. А врачи у Мольера – это всегда негативные персонажи. Драматург считал их шарлатанами и вымогателями, ведь в то время их услуги стоили дорого и зачастую приносили больше вреда, чем пользы, как, например, кровопускание.

Сегодня на спектакль по Мольеру новосибирские зрители идут в масках. Все по рекомендации врачей. Драматург был бы возмущен. Что ж, времена меняются. Каррикатурный образ врача того времени сегодня уже не актуален, однако актуальны страх и мнительность. Так уж совпало, что режиссер Роллан Боннин взялся ставить спектакль «Мнимый больной» именно в разгар пандемии.

 



Страницы